-Очень интересный экземпляр. Я думаю что возьмусь за это дело.
Доктор Лайтман в сопровождении нескольких полицаев и инспектора берлинской полиции находился в будке, так называемой смотровой вышке, и наблюдал как внизу разнимали двух заключенных. Тот что помоложе, высокий, дредастый подросток, яростно жестикулировал, давая понять в красках и с анатомическими подробностями , что же случится «со всякими о*уевшими ублюдками» если кто-то попытается снова посадить его «на перо».
-Очень-очень интересно…я думаю что смогу приступить прямо сегодня. Нет, даже немедленно. Думаю что его  взбешенное состояние может нас сказать больше, чем любые слова.
                                                              * * *
Буквально через пять минут парня  приводят в кабинет для допросов. С виду ничем не примечательная комната с зеркалом на полстены. Любой житель планеты Земля, смотревший хотя бы один голливудский фильм про копов, знал, что за этим зеркалом сидят пара-тройка  неудачников, и записывают на кассету все что ты скажешь, все что ты пытаешься скрыть. Эта комната выкрашена в мерзкий грязно-желтый цвет. печальное помещение. Когда заходишь сюда, сразу же забываешь про все уловки, на которые только возможно пойти дабы запутать всех и вся. Когда ты зайдешь сюда, тебе останется уповать только лишь на глупость и невнимательность допрашивающего.
Но ему не повезло. Ему уже не повезло с того момента когда его отец вызвал самого лучшего специалиста по лжи, наивно полагая, что тот быстренько докажет всем, что его горячо любимый сын не виновен. Пока еще  не поздно, пока его не убили там. Черт, а он был виновен. Его руки были в крови.
- Сегодня 15 сентября 2007 года. Допрос Томаса Каулитца. Допрос ве….
-Доктор Лайтман, сэр, Вы не правильно озвучили полное имя заключенного. В Германии принято…
-Да к черту все это, - ухмыльнулся Лайтман и обратился к уже к Тому, который все это время пытался понять с кем он имеет дело.- Я никогда не любил все эти официальные штучки. Том,я буду с тобой честен. Ты наверняка знаешь что меня позвал твой отец, точнее убедил самого главного в этой вашей берлинской полиции (*покосился на зеркало, явно ожидая занудных исправлений, но так как их не последовало, продолжил*) ….позволить мне возглавлять расследование. но это не говорит о том что я всецело на твоей стороне. Мне просто интересно узнать правду. Это что-то типа хобби для меня…. Том?
-……
- хм… Молчишь? Ничего, ничего страшного. Знаешь я и сам-то не очень верю словам, в среднем по статистике люди лгут примерно 3 раза за десять минут разговора. Так что у нас еще будет достаточно времени для того, чтобы узнать друг друга.
Лайтман внимательно вглядывается в лицо Каулица, чтобы поймать малейшие признаки паники, малейшую боязнь разоблачения. Ведь не боится в этом случае либо невиновный либо какой-нибудь маньяк-Потрошитель, у которого не все дома ,и его чувства никак не связаны с мимикой его лица или блеском в глазах.
- Ты ведь не виновен? ты ведь так считаешь?
Кивок.
- как ты думаешь почему полиция взяла именно тебя?
-потому, что я был на месте преступления. Я сам вызвал их.
-ты ведь видел что он мертв, почему ты просто не сбежал? Любой подросток на твоем месте просто испугался бы и сбежал еще до приезда полиции.
- я не идиот. Они могли обнаружить следы моего присутствия там. Наверняка было бы сложно объяснять почему я сбежал. Сказал бы им, что испугался никто не поверил бы. Тем более звонил я со своего мобильного. Сбегать просто глупо.
- странно для семнадцатилетнего подростка, нашедшего изуродованный труп так здраво рассуждать. Тебе так не кажется Том??
- я никогда не отличался истерическим характером. Вот и все.
- хорошо
Лайтман смотрел и анализировал..что-то писал в своем блокноте. Его удивило, что Тома абсолютно не заинтересовал тот факт, что он делает пометки. Обычно это пугает людей, они считают, что им не доверяют, что в их словах обнаружили какую-то зацепку, что-то важное.
Но Том знал, что ничего лишнего он сказать просто не мог. Он все продумал. У него было на это предостаточно времени.
-  Хорошо, Томас. На сегодня я думаю, что мы можем закончить, но мы вернемся к нашему разговору уже очень скоро. Не скучай
                                                            * * *
Буквально через пару часов после встречи со своим «пациентом» Доктору Лайтману пришлось тащиться в Главное Управление Берлинской Полицией. Он был обязан докладывать о каждом своем шаге и о том как продвигается расследование. «Чертовы немцы хотели контролировать все»
- Герр Шеккер, я побеседовал с этим мальчиком, Каулицем. И знаете, я пришел к выводу, что либо он и вправду не виновен, либо он очень-очень хороший актер и всем нам нужно быть с ним крайне осторожными.
- Доктор Лайтман, я надеюсь, этот парень не настолько умен, чтобы провести Вас. Ведь судя по тому что было с лицом убитого, этот  Каулитц- просто псих. И в таком случае, уж лучше ему быть за решеткой
- У меня есть несколько соображений насчет методов моей работы над этим делом. Ведь у каждого из нас есть слабые места, не бывает неуязвимых людей. Даже самого психически неуравновешенного серийного  убийцу можно  довести до истерики, если отобрать у него любимую коллекцию контейнеров для завтрака с супер героями.
- все же, я требую от Вас непредвзятого отношения. Может быть и внешне он может показаться нам и невинной овечкой, но мы не знаем что он прячет под шкурой. Это как бомба замедленного действия.
- Я понимаю, Герр Шеккер. Просто этот мальчик ровесник моей дочери, и если он не виновен, мне бы не хотелось, чтобы после суда он попал в место кишащее маньяками и педофилами
                                                        * * *
Его снова посадили в это кресло, его снова приковали наручниками к железным прутьям, приваренным к полу. И так каждый раз,в какую комнату бы его не привели везде эти чертовы железяки. Его как зверя привязывают везде, где можно, настолько надежно насколько возможно. Тома страшно бесило это, но он был бессилен  что-либо сделать. Ведь сейчас он расплачивается, он просчитался, совершил ошибку и теперь расхлебывает это дерьмо.
- Здравствуй, Том. Я надеюсь, что сегодня ты больше настроен на разговоры чем в прошлую нашу встречу. Я очень надеюсь на это, Том…расскажи мне о своей семье и отношениях между вами
Том вздернул бровь, ведь не ожидал что этот докторишка начнет с далека. Он был готов к совсем другим вопросам. Что-то типа «где ты был в ночь убийства»,«ты раньше встречался с убитым», «почему ты его так ненавидел, что разнес его лицо вдребезги булыжником» что-то провокационное, что-то, что хоть каким-нибудь образом развело бы его на сильную эмоцию: злость,отчаяние,…слезы.
  Что угодно,но только не разговоры о семье. черт
-Мою маму зовут Симона, отца – Йорг. Еще у меня есть брат-близнец. Билл.
- Так-так. стоп. вот с брата поподробней, пожалуйста.
- А что здесь говорить? Вы ведь и так наверняка проверили всю мою семью
- даже если это и правда, то мне хотелось услышать все от тебя
- ну хорошо. Мы ходим в одну школу, точнее ходили. Ведь теперь я здесь. С двенадцати лет ночуем в разных комнатах. Он любит Ред-Бул и бабушкину пасту с томатным соусом и ветчинной. Может мне еще и про бабушку свою рассказать, если это как-то поможет следствию?
Том начал откровенно издеваться, пытался скрыть волнение за легким сарказмом. Но Лайтман не дал ему уйти от темы. Он был слишком опытен, чтобы упустить эту ниточку. Ему нужно знать про этого загадочного брата, но информация, которую неохотно предоставлял Том, не устраивала его. Ему не нужно знать, что Билл слушает в плеере ,и каким парфюмом пользуется. Нужно это остановить, а то Томас может скончаться от перенапряжения, пытаясь вспомнить над каким фильмом Билл «плакал как девчонка».
- эээээ…знаешь, я тут подумал, что лучше всего о тебе и обо всем, что вас связывает,  сможет рассказать твой брат. Поэтому я пожалуй пойду к нему и узнаю все что мне нужно. Ты ведь не против?
- Против!! еще как против! Не нужно втягивать его в это! слышите?!! Если он снова будет плакать я убью Вас, слышите???вы труп!!!
Он кричал слишком громко. Достаточно громко, чтобы конвоиры уволокли его. Достаточно громко, для того чтобы Лайтман нашел его слабое место.
* * *
Дом семьи Каулитц он нашел без особого труда. Большой дом из темного кирпича выделялся среди других серых домов-клонов. Было и невооруженным глазом заметно, что эти люди не бедствуют ,но и не купаются в деньгах. Не выставляют весь шик на показ, но и не скрывают что могут позволить себе заполнить подземную домашнюю парковку дорогими машинами. Что ж Лайтману это понравилось. Он жаждал познакомиться с этой семьей. Ведь первый из Каулитцев, с которым ему довелось познакомиться, был очень занятным человеком.

Дверь ему открыла красивая девушка. видимо просто родственница..она была очень худенькой и высокой, под метр восемьдесят, как и Том, и смотрела на него  глазами Томаса. Он уже начал сомневаться в том, что видит. Узкие светлые джинсы ,черная водолазка,  обтягивающая абсолютно плоскую грудь. «Бедная девушка» было подумал он..но ту с ним заговорили…
Низкий, чуть-чуть с хрипотцой голос и рука с заметно проступающими венами, которая держится о дверной косяк в ожидании хоть какой-то  реакции, заставили его перестать жалеть «бедную девушку» и теперь  удивляться красоте и женственности парня..
- Я ищу Вильгельма Каулитца.
-  Это я . Кто вы? Что вам нужно?
- Нужно было сразу догадаться что это именно ты Вильгельм. Ты копия Томаса, просто немного в другом исполнении
- Вы не ответили мне! и откуда вы знаете моего брата?? 
- Извини, это было очень невежливо с моей стороны. Меня зовут Кэл Лайтман. Я веду дело твоего брата Тома. впустишь?
-  Конечно,- Билл был немного растерян.- Проходите.
Лайтман проследовал за юношей в светлую гостиную и невольно залюбовался. Билл объяснил ему, что их с Томом мама занималась дизайном всего дома.
- мама любит, когда все красиво
- и поэтому позволяет своему сыну наносить макияж. Я ведь правильно понял, Вильгельм?
- можно просто Билл. Меня полным именем только бабушка называет.
- ты никак не отреагировал на мое замечание насчет макияжа.. я думал, что это по меньшей мере разозлит тебя
-  мистер Лайтман, давно уже привык к такому отношению. Тем более, как вы правильно заметили, мама не против. И Том всегда меня поддерживал.
- Понятно, а как же ваш отец?
- ну он сначала очень долго кричал. Понимаете, его не было в Германии полтора года и за это время очень многое изменилось..мы с Томом стали другими, как и внутренне, так и внешне: он сделал себе дреды, а я выкрасил волосы в черный. Поэтому для него это было, наверное, страшным шоком. Том тогда закатил ему грандиозный скандал. Я никогда не видел его таким. Томми очень спокойный и рассудительный человек. Да и никогда после я не видел его в таком состоянии, таким взбешенным.. короче папе пришлось смириться. Он любит нас
- а как с ровесниками дела?
Билл печально улыбнулся. Было видно, что он очень волновался, и ему было неприятно и немного стыдно думать об этом.
-в школе все сложнее было. Я и мой брат сменили кучу школ, я даже со счета сбился. Везде нас ненавидели. За то, что мы не такие и что нам плевать, что они все думают о нас. Дети ведь злые создания. И нам было не просто
- скажи, Том легко ввязывался в драку?
- нам часто приходилось отбиваться от всяких придурков. Обычно мы старались избегать таких столкновений. Том никогда не обращал внимания на нападки в свою сторону: оскорбления, издевательства, подстрекательства -  ему было плевать, что говорили про него. Но когда задевали меня, то он очень злился и лез в драку. Ему очень часто попадало. Их много, а он один.
- а ты помогал ему?
- я пытался пару раз, но от меня никакого толка. Том всегда твердил, что я только мешаюсь и отвлекаю его. Я много раз говорил ему, после очередной потасовки,  что это нужно прекратить….я плакал и кричал, что все несчастья, вся эта ненависть к нам из-за меня. Я однажды сказал, что больше не буду краситься и броско одеваться, лишь бы ему больше не было больно. Он тогда впервые накричал на меня.
- он видимо и вправду тебя очень любит
-да.
                                    * * *
Лайтман пришел в их временный офис, который им любезно предоставила немецкая полиция. Там его уде ждали Торрес и Локкер. Они провели беседу с одношкольниками Билла и Тома.
- что мы можем сказать…,-начал Локкер, поедая очередной круасан.- Томас в школе очень популярная личность. Он умен: лучший практически по всем предметам. Спортсмен: секции по боксу и баскетболу, где он является капитаном команды. популярен среди девчонок: почти каждая вторая влюблена в него…в общем просто парень-мечта
- а что насчет его близнеца?
- ну там все гораздо поскромнее. Он довольно-таки таинственная личность. Никто толком не знает чем он увлекается. В учебе держится средне. Посещает факультативы по живописи. По реакциям школьников на имена мальчиков мы смогли вывести что-то среднее для обоих в отдельности.
При упоминании Тома- страх, уважение, обожание( ну это в основном девушки, хотя и несколько парней спалилось) и зависть..Билл- только некоторая растерянность, видимо при попытках хоть что-то вспомнить про него
-отлично,молодцы. Теперь давайте просмотрим запись допроса братьев с полиграфом..запускай, Иллай.
На экране показалась серая комната, в ней был только стол с  двумя стульями. Больше ничего. Билл сидел напротив сотрудника полиции, весь утыкан шнурами с датчиками..
Он спокойно отвечал на вопросы и детектор лжи ничего не обнаружил. Младший Каулитц был чист, все что он говорил было правдой..все хладнокровно и четко.
Затем в комнату привели Тома. Когда с ним заговорили про ту ночь и жертву, линия реакции на полиграфе задрожала. Этого хватило полиции для того чтобы арестовать его.
Все. Буквально полчаса записи.
-что выдумаете об увиденном?- Доктор Лайтман повернулся на стуле к своим подчиненным.-  Мне показались немного странными реакции Тома на некоторые вопросы. Например, «вы помните что подавали на завтрак в вашем доме в тот день»…он отвел взгляд и подумав, ответил «нет»..потом «вы раньше видели убитого».. смотрит прямо перед собой..и ответ «нет»..Во втором случае он лжет..он не задумывается над ответом, пытаясь вспомнить.. .он знает что это ложь.
- и еще, доктор Лайтман,- начала Торрес.- мне показалась странной реакция Билла Каулитца, на то что его брата только что арестовали. Он просто стоял у стены и смотрел. Молча, ни одного звука или всхлипывания, ни одной слезинки.. Вам не показалось это странным? Брат, так любящий, по его словам, своего близнеца просто смотрел как Тома уводят и как их мать бьется в истерике.
- да уж. Очень хотелось бы узнать мысли Томаса на этот счет
                                          * * *
Том уже которые сутки не мог сомкнуть глаз. Мысли вихрем носились у него в голове. «что делать? Что же мне делать?» и снова отрывки воспоминаний о той ночи.

* * *
Том уже которые сутки не мог сомкнуть глаз. Мысли вихрем носились у него в голове. «что делать? Что же мне делать?» и снова отрывки воспоминаний о той ночи.
В тот день Билл как всегда задержался на своих занятиях по живописи. Том всегда шел встречать его в парк, ведь было довольно-таки поздно.10 часов вечера. Там они пересекались и шли домой уже вместе. Но в тот день они еще в  школе повздорили из-за какой-то ерунды, и Билл, конечно же, не собирался звонить Тому с тем, чтобы сказать, что уже закончил.
Том сидел в гостиной и смотрел трансляцию финала чемпионата Европы по футболу. Он подумал, что Билл и сам доберется без приключений, ведь в финале играла сборная Германии и все, даже самые страшные маньяки Германии, наверняка прилипли к экранам телевизоров.
Тут его телефон зазвонил. Это Билл. Когда он взял трубку, то услышал шум. Какая-то возня и отборный мат близнеца.
В этот момент он почувствовал, как его сердце остановилось, а затем стало биться в бешеном ритме. Он выскочил из дома и побежал в сторону парка, надеясь, что где-то по пути до школы он найдет брата.
Когда, добравшись до парка, он увидел как этот тип лежит на его брате, как эта мерзкая потная туша прижимает его Билла к земле, глаза Тома потемнели от ярости руки тряслись. Он подбежал к ним и со всей силы  ударил ногой этого жирдяя по лицу. Так сильно, что тот несмотря на свой далеко немаленький вес просто слетел с Билла и упал на спину…..
А об остальном он просто не мог думать…то, что он осознал позже стало самым страшным кошмаром в его жизни…. Он долго успокаивал Билла, который просто бился в истерике. Уничтожил  все следы пребывания брата на этом месте. Если вдруг Билла будут спрашивать, как же он добрался до дома не проходя как обычно через парк, то тот соврет, что поехал на автобусе.. он все продумал. И Билл не мог сопротивляться этому, слезы текли, не преставая, и он как в бреду соглашался со всем, что говорил ему брат. Билл поплелся домой, а Том вызвал полицию и остался ждать…остальное мы знаем..
И теперь, находясь в тюрьме, он пытался понять, как он дошел до всего этого. Ведь та роковая ночь перечеркнула всю его жизнь, сделала его преступником,  развернула на 180 градусов все его сознание. Он бы без оглядки бросился на помощь брату, и будь у него миллионы шансов все исправить, он все равно сделал бы все так, как нужно. Так, как было правильно, как он и поступил месяц назад. И Том был уверен, что Билл сделал бы для него то же самое. Ведь они любили друг друга. Два самых близких человека, так и должно было быть.
Но у Тома был огромнейший секрет. Его единственный секрет от брата. То, что Билл никогда не должен узнать, и не узнает….
Он не помнил, как все это началось..наверное, им тогда было по восемь лет. Это был тот возраст, когда он не знал о теле и морали, но он чувствовал эту любовь. Она была столь же реальна как закаты и восходы, как то озеро, по берегу которого они гуляли после школы, как тот песок на пляже, пробиравшийся им в ботинки. Столь же реальна, как и тепло ладошки брата, когда они шли домой, и Том брал его за руку…
Он знал, что это любовь, знал, какая именно это любовь. И в чем Том был точно уверен, так это в том, что Билл никогда не должен об этом узнать. НИКОГДА
Он даже думать не мог, что же произойдет, если Билл узнает. Скорее всего, он возненавидит его. Том станет ему противен, ведь это не правильно. Том родился неправильным, и этого стало достаточно.
Том очень умело скрывал свои чувства под вечными приколами и невинными издевательствами. Он был видимо очень хорошим актером. Почти всю свою жизнь, скрывая ТАКОЕ чувство, он мог в нужный момент надевать на физиономию маску - «равнодушие», когда Билл после душа разгуливал по дому в одном полотенце, либо делать умное лицо, рассуждая о том, какой же Билл худой, как щепка, хотя самому всегда нравилась его хрупкость.
И сейчас Том должен сделать все, чтобы они не заподозрили брата. Любой способ подойдет, даже если потом он станет себе противен. Все что угодно…

                                                         * * *
Снова допрос Томаса Каулитца. Та же комната. Те же лица.
- привет, Том.
- Здравствуйте
- что-то ты сегодня бледноват. Может тебе к врачу?
- нет, спасибо, не надо. Я просто не мог уснуть.
- ладно, как хочешь…. Том, у меня для тебя есть новость. Мы расспросили твоих школьных друзей о тебе, и знаешь, оказалось, что они тебя любят..я рад за тебя
- мне плевать. Они мне не друзья. У нас с Биллом нет друзей
- ну это не столь важно.. важен лишь вывод, который я смог сделать из всего этого… тебе сказать??
- …. Как хотите. Мне по барабану
- ну как это, Том!! Я думал, тебя это заинтересует, ведь ты должен знать с кем имеешь дело. А я почти что перед тобой все карты свои предлагаю раскрыть
- если предлагаете, значит, по вашему плану я должен заинтересоваться….поэтому я воздержусь
- оооо,Тоооом. Я терпеть не могу планы, поэтому никогда ничего не планирую. В жизни никогда ничего не идет по плану. Вот ты, например, ведь не планировал полтора месяца назад, что убьешь человека и окажешься в следственном изоляторе …ты думал, что окончишь в школу, поступишь в колледж и бла-бла-бла дальше..но все катится к черту. Так что лучше ничего не планировать, и жизнь не будет казаться тебе таким дерьмом. Ведь не с чем сравнивать, если ты ничего не планировал.
- согласен…доктор- как- Вас- там, вы ведь мне все равно расскажите мне про свои эти выводы. Хочу я этого или нет.
- да *смеется* ты прав. Так что перейдем сразу к выводам… я давно заметил, что популярные в школе дети, самый искусные лгуны..
«Хорошо, что Вы не знаете, что именно делает меня замечательным лгуном»- подумал Том.
- и ты вероятно не исключение из правил…поэтому я не буду верить не одному твоему слову.. тебе стоило бы пересмотреть свое поведение на допросах. Твой покорный пофигизм стал меня раздражать… и знаешь, что я решил
- нет, откуда мне.
- я решил выпустить тебя и посадить под домашний арест.. за тобой будет присматривать один из моих помощников .. я это называю « выпустить зверя в его естественную среду обитания и следить за поведением особи». Очень мило не правда ли?
                                                                  ***

Спасибо за комментарии)))

я как раз сейчас пишу продолжение)когда наберется приличный объем, я выложу))

***
В доме Каулицев все готовились к приезду Тома. Мама приготовила его любимые спагетти в томатном соусе и испекла яблочный пирог. Билл убрался в его комнате, постелил свежее постельное белье, повесил новые полотенца и оставил записку, которую ему дала девушка, живущая неподалеку от их дома.
Она уже давно была влюблена в Тома, и Билл исполняя роль посредника, часто передавал Тому записки от нее (иногда их можно было назвать полноценными письмами). Брат всегда добросовестно читал их, но никогда не отвечал ей. Том говорил, что никогда не сможет ответить ей взаимностью, потому что уже любит кого-то. Кого именно никто не знал. Однажды Билл  пытался выпытать у него эту тайну, но его близнец очень разозлился и заперся у себя в комнате на целый день.
                                                                   ***
10 часов утра. Сегодня определенно замечательный день. Светлое пятно на черном полотне жизни Гвендолен Лейн.
Два дня назад Билл сказал, что Тома отпустят домой.
Суббота…Воскресение…и сегодня…и она будет тихо радоваться в душе, будет знать, что он в соседнем доме, будет чувствовать, что он рядом.
Гвен была из тех девочек, которых не увидишь в компании подружек, устраивающих еженедельные собрания в «розовой» спальне самой популярной девочки школы, чтобы обсудить предстоящую вечеринку или очередного симпатичного парня. Свои дни она коротала то в гостиной за роялем, то в комнате за очередной книжкой или помогала маме делать пирожные для их семейного кондитерского магазина. И уже третью весну она мечтает о нем.
Она все еще ждала своего первого поцелуя, хотя в душе все равно понимала, что этого никогда не произойдет. Кто посмотрит на нее?
На ее лице остались следы того дождя, который ложился на дорогу, того мороза, который превратил эту дорогу в скользкий, мерцающий при свете луны, блестящий путь. Следы той ночи, которая отняла у нее отца и навсегда покалечила ее тело и душу.   

Каждый день она просыпалась ровно в 10 утра. Плакала перед зеркалом в ванной, шла есть свой завтрак, в папином бывшем кабинете занималась с учителями, приходившими к ней на дом. Это ее будни.

Суббота и воскресение. Казалось бы что каждый школьник с нетерпением ждет выходных, чтобы провести их с друзьями или просто ничего не делать и плевать в потолок. Так и Гвен старалась устроить для себя выходные. По субботам она переставляла с места на место отцовскую коллекцию кораблей в бутылках. Он привозил их с разных стран. Такие красивые. И когда они меняли свое положение в доме, ей казалось что что-то меняется и в ее жизни. По воскресениям она просила маму спекать дополнительную партию эклеров для ее единственного друга. Для сладкоежки Билла Каулитца. Каждое воскресенье ровно в восемь вечера Билл поднимался на крыльцо дома Лейнов, и ровно в 20:04 Гвен выходила к нему. Они сидели за летним столиком  ее отца, где раньше каждое утро он пил кофе и читал свежую газету.
Пили чай со сладостями и разговаривали обо всем на свете. Она давала ему советы. Рассказывала о красивых местах в Германии, которые можно запечатлеть на полотне. Она подарила ему карту своего отца, и Билл поклялся, что обязательно посетит каждую, отмеченную  красным маркером точку на огромной карте с человеческий рост.
Ему и вправду иногда снилось, как он колесил по стране, посещая пункт за пунктом те места, отмеченные рукой двенадцатилетней девочки много лет назад. Топтал те же дороги, дышал тем же воздухом, встречал те же рассветы.
                                          ***
Пока подписывали нужные для его временного освобождения документы, Том сидел в своей камере и думал о том, как его встретит семья. Мама наверняка расплачется и весь день будет ходить за ним по пятам, будто он может исчезнуть.
Билл.. наверняка будет вести себя намного сдержаннее и ,дождавшись ночи, когда все лягут спать, постучится к нему в спальню. Они всю ночь будут говорить о том, о чем знать положено только им. О той ночи. И Тому нужно основательно подготовиться к этому разговору, чтобы не сказать лишнего. Чтобы Билл, сидящий на антидепрессантах, окончательно не слетел с катушек.
И вот, за ним пришли.
                                       ***
Фрау Каулитц накрывала на стол в столовой комнате, когда услышала шум подъезжающей к их дому машины. Она выбежала на улицу, встречать своего ребенка.
- Томми, сынок!! Ну наконец-то!
- Привет, мам,- Том нежно обнял мать. Он повернулся указывая фрау на своего спутника.- Знакомься, мама, это Иллай Локкер. Он будет приглядывать за мной дома.
- Добрый день, фрау Каулитц. Очень приятно с Вами познакомиться.
- Мне тоже очень приятно. Зовите меня просто Симона. Давайте же пройдем в дом. Я накрыла на стол, сейчас будем обедать.
Они прошли в просторную гостиную. Симона показала Иллаю его временное прибежище. Оно находилось в самом конце коридора, довольно далеко от комнаты Тома (за что он мысленно поблагодарил свою маму).
- Мам, а где Билл?
- Он побежал к Лейнам за десертом. Я заказала у них твой любимый шоколадный торт. Не волнуйся, он придет с минуты на минуту.

Том боялся встречи с братом. Ведь после убийства им не удалось толком поговорить. Они успели лишь обговорить детали их обмана, и большую часть отпущенного им времени он уговаривал брата четко следовать плану. А сейчас, когда у них в распоряжении оказались  дни и ночи, Тому стало страшно. Он боялся что у него не хватит аргументов и силы убеждения. А хотя он-то  знал, что имеет власть над людьми, что они чувствуют его силу. Даже Билл всегда слушался его. Тот Билл, который мог часами слушать нотации родителей с умным видом и покорным вниманием, но все равно делать по-своему, будто во время проповедей засовывал в уши сигареты, с которыми никогда не расставался.
Том не мог допустить, чтобы второй акт их преступления прошел не по плану.

Им предстоит очень тяжелая ночь.

- Тоооооом, ты уже здесь!! Черт, я так рад, так рад!!да встань же ты, черт тебя дери, из-за стола!дай я тебя обниму!!!

- ой, мальчики, осторожней!! Вы же сейчас торт испортите!

- расслабься, мааааааам

- Билл, знакомься, это Иллай Локкер. Он здесь для того чтобы нажать на маленькую кнопочку, если я вдруг захочу улизнуть..

-ээээ…я Билл. ..Надеюсь ты не в одной комнате с Томом спать будешь? А то насколько я знаю он во сне пинается и отбирает одеяло постоянно…в общем плохо себя ведет

- о, боже, Билли, сынок! Что ты такое говоришь..(Билл и мама засмеялись).давайте обедать, мы ведь наконец-то дождались последнего человека

- а где папа?

- он в Лондоне по важным делам. Приедет не скоро..я не знаю когда

- понятно..надеюсь мы с ним не разминемся..
      ***

Том лежал в своей постели. Если честно, то он уже отвык от своей комнаты, от всей его старой жизни..за то время что велось следствие ему казалось что он никогда уже не вернется сюда.

И что же теперь чувствовать?? Он сам не знал..он просто лежал и смотрел в потолок. Лежал на спине и сжимал простынь, словно какая-то сила сможет вот так просто поднять его с кровати.. а он так не хотел улетать. Хотелось носиться по комнате словно кот. И оставлять везде следы своих когтей. Для тех кто останется… чтобы они помнили, что когда-то это была его комната, когда-то он был здесь, когда-то он жил …

- эй, Том, можно к тебе?

- ты хоть на часы смотрел?? Сейчас 4 утра..

- но ты ведь мне ответил, значит не спал..

- дааа. Ты прав..давай иди сюда

Том облокотился на спинку кровати,а Билл сел перед ним. Минут пять они молчали.  Билл просто смотрел на Тома, а Том разглядывал ромбики на простыни. Младший решил первым нарушить тишину

- нам надо поговорить

- Билл, мне кажется, мы и так все уже решили..

- нет, Том! Так не может продолжаться! Я так больше не могу!

- Билл, пожалуйста, успокойся…

- я не собираюсь успокаиваться! Не собираюсь оставлять все как есть! ты обо мне подумал? о том что Я чувствую?!

- да, думал…но так будет лучше поверь мне…

- я больше не могу держать все это в себе! Я ведь тоже способен нести ответственность..* плачет* ведь это все по моей вине!!

- не плачь, прошу..* Том прижал брата к себе..почувствовал, как слезинки падают ему на живот. Все что копилось в душе у брата..его горячие слезы.*..скоро ты поймешь, что это единственно правильно..

- тогда почему же так больно..

- *Том усмехнулся* помнишь ты сам мне сказал, что сердце, которое болит- это сердце, которое работает… значит мы с тобой живы..с каждым ударом сердца, отдающимся болью в груди, мы становимся живее как никогда..

***

-Доброе утро, сынок. Как спалось?

- как всегда отлично, мам * Том подошел к Симоне и поцеловал ее* мам, ты та вкусно пахнешь, я так скучал по тебе!

Том любил когда мама смотрела на него и улыбалась.. он устал от вечной печали в ее глазах, когда ее взгляд останавливался на старшем сыне..последние годы она часто смотрела так на него. Грустила о чем-то

- а где Билл? Я не слышал чтобы он спускался к завтраку.

- он уже убежал в школу. Кстати, просил передать тебе об очередной записке от младшей Лейн. Она под твоей подушкой, ты видимо не заметил..

- да? Странно..я и вправду не заметил. Пойду сбегаю за ней, как раз почитаю за завтраком.

-иди сынок

Спустя пять минут Том влетел на кухню. Его лицо не выражало ничего кроме растерянности..

- мам, она все знает.. она расскажет ему, мам. Что же делать??

***

Отредактировано N*E*R*D (2010-03-31 00:58:49)

о,пожалуйста, отмечайте по возможности отрывки которые вам понравились и не понравились))
для меня это очень важно))